152 ГК РФ с комментариями

1. Гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

По требованию заинтересованных лиц допускается защита чести, достоинства и деловой репутации гражданина и после его смерти.

2. Сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина и распространенные в средствах массовой информации, должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации. Гражданин, в отношении которого в средствах массовой информации распространены указанные сведения, имеет право потребовать наряду с опровержением также опубликования своего ответа в тех же средствах массовой информации.

3. Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, содержатся в документе, исходящем от организации, такой документ подлежит замене или отзыву.

4. В случаях, когда сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, стали широко известны и в связи с этим опровержение невозможно довести до всеобщего сведения, гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также пресечения или запрещения дальнейшего распространения указанных сведений путем изъятия и уничтожения без какой бы то ни было компенсации изготовленных в целях введения в гражданский оборот экземпляров материальных носителей, содержащих указанные сведения, если без уничтожения таких экземпляров материальных носителей удаление соответствующей информации невозможно.

5. Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет».

6. Порядок опровержения сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, в иных случаях, кроме указанных в пунктах 2 — 5 настоящей статьи, устанавливается судом.

7. Применение к нарушителю мер ответственности за неисполнение судебного решения не освобождает его от обязанности совершить предусмотренное решением суда действие.

8. Если установить лицо, распространившее сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, невозможно, гражданин, в отношении которого такие сведения распространены, вправе обратиться в суд с заявлением о признании распространенных сведений не соответствующими действительности.

9. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

10. Правила пунктов 1 — 9 настоящей статьи, за исключением положений о компенсации морального вреда, могут быть применены судом также к случаям распространения любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности. Срок исковой давности по требованиям, предъявляемым в связи с распространением указанных сведений в средствах массовой информации, составляет один год со дня опубликования таких сведений в соответствующих средствах массовой информации.

11. Правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

Комментарий к Ст. 152 ГК РФ

1. Гражданское законодательство не определяет понятий «честь», «достоинство», «деловая репутация». Эти нематериальные блага защищаются в порядке, установленном ст. 152 ГК РФ, хотя следует иметь в виду, что ст. 150 Кодекса упоминает в числе защищаемых благ также и доброе имя.

В науке принято рассматривать честь как общественную оценку личности, меру духовных и социальных качеств гражданина, достоинство — как самооценку собственных качеств и способностей, а деловую репутацию — как такое качество, которое проявляется в профессиональной деятельности . Вместе с тем в судебной практике перечисленные понятия почти не разделяются, во всяком случае честь и достоинство охраняются фактически как единое нематериальное благо .

См., например: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц».

Деловая репутация рассматривается как свойство, присущее не только гражданам, но и юридическим лицам. Иски о защите деловой репутации юридических лиц весьма распространенны (см. информационное письмо Президиума ВАС РФ от 23 сентября 1999 г. N 46 «Обзор практики разрешения арбитражными судами споров, связанных с защитой деловой репутации»).

2. Комментируемая статья 152 ГК РФ рассматривает в качестве посягательства на честь, достоинство и деловую репутацию исключительно распространение определенных сведений, не упоминая о таком правонарушении, как оскорбление.

Между тем зачастую в адрес граждан и юридических лиц высказываются оценочные суждения, мнения, убеждения, являющиеся выражением взглядов того, кто высказывается. Такие суждения могут касаться не только профессиональных, но и личностных, морально-нравственных качеств того или иного гражданина. В соответствии со ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции РФ каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, в связи с чем такие высказывания в принципе не запрещены.

Однако форма, в которой было высказано оценочное суждение в адрес конкретного человека, не должна быть оскорбительной («неприличной» — см. ст. 130 УК). В качестве оскорбления могут быть восприняты обращения «подлец», «мерзавец», нецензурные выражения и т.п.

Как отмечается в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст. 130 УК, ст. ст. 150, 151 ГК). Таким образом, судебная практика расширяет пределы защиты чести, достоинства и деловой репутации, допуская такую защиту не только в случаях распространения недостоверных и порочащих сведений. По существу Верховный Суд РФ предлагает осуществлять защиту доброго имени гражданина.

Кроме того, в соответствии с п. 3 комментируемой статьи 152 ГК гражданин, в отношении которого средствами массовой информации опубликованы сведения, ущемляющие его права или охраняемые законом интересы, имеет право на опубликование своего ответа в тех же средствах массовой информации. Право на ответ (комментарий, реплику) закреплено также в ст. 46 Закона о средствах массовой информации.

3. Основанием для применения предусмотренных ст. 152 ГК РФ мер является распространение ложных, порочащих гражданина сведений.

Таким образом, первым условием, предусмотренным законодательством, является факт распространения указанных сведений. Как отмечается в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N 3, под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам. Следовательно, распространение сведений — это сообщение их третьему лицу, а не тому, кого эти сведения касаются.

Второе условие, предусмотренное комментируемой статьей 152 Гражданского кодекса РФ — порочащий характер сведений. Речь идет об оценке морально-нравственных качеств личности. Критерии, которым отвечали бы порочащие гражданина сведения, не установлены законом, да и не могут быть им установлены, поскольку общественная мораль — чрезвычайно динамичная категория. Поступок, который еще недавно вызывал общественное осуждение (например, расторжение брака и пр.), может восприниматься в настоящий момент в коллективе людей как нечто обыденное и вполне допустимое.

Тем не менее Верховный Суд РФ представил свое толкование порочащих сведений в Постановлении от 24 февраля 2005 г.: «…порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица».

Предлагаемое понятие в большей степени сводится к субъективному представлению потерпевшего о его чести и деловой репутации. С учетом того, что для применения мер гражданско-правового воздействия, предусмотренных ст. 152 ГК РФ, требуется обращение в суд самого потерпевшего, правопонимание чести, достоинства и деловой репутации во многом формируется самими заявителями.

И, наконец, третьим условием, о котором идет речь в ст. 152 ГК РФ, является ложный характер распространенных о гражданине сведений. Как указывает Верховный Суд РФ, не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке ст. 152 ГК РФ сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном ТК РФ).

Обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. На истца возложено бремя доказывания факта распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащего характера этих сведений.

4. Комментируемая статья предусматривает несколько способов защиты чести, достоинства и деловой репутации, которые могут быть применены в том числе и одновременно.

Первым способом является опровержение сведений, которое в свою очередь возможно в различных ситуациях.

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, распространены в средствах массовой информации, они должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации. В соответствии со ст. 44 Закона о средствах массовой информации в опровержении должно быть указано, какие сведения не соответствуют действительности, когда и как они были распространены данным средством массовой информации. Опровержение в периодическом печатном издании должно быть набрано тем же шрифтом и помещено под заголовком «Опровержение», как правило, на том же месте полосы, что и опровергаемые сообщение или материал. По радио и телевидению опровержение должно быть передано в то же время суток и, как правило, в той же передаче, что и опровергаемые сообщение или материал.

Объем опровержения не может более чем вдвое превышать объем опровергаемого фрагмента распространенных сообщения или материала. Нельзя требовать, чтобы текст опровержения был короче одной стандартной страницы машинописного текста. Опровержение по радио и телевидению не должно занимать меньше эфирного времени, чем требуется для прочтения диктором стандартной страницы машинописного текста.

Опровержение должно последовать:

1) в средствах массовой информации, выходящих в свет (в эфир) не реже одного раза в неделю, — в течение 10 дней со дня получения требования об опровержении или его текста;

2) в иных средствах массовой информации — в подготавливаемом или ближайшем планируемом выпуске.

В течение месяца со дня получения требования об опровержении либо его текста редакция обязана в письменной форме уведомить заинтересованных гражданина или организацию о предполагаемом сроке распространения опровержения либо об отказе в его распространении с указанием оснований отказа. Опровержение, распространяемое в средствах массовой информации в соответствии со ст. 152 ГК РФ, может быть облечено в форму сообщения о принятом по данному делу судебном решении, включая публикацию текста судебного решения.

Второй случай опровержения — замена или отзыв документа, исходящего от организации (служебной или иной характеристики и пр.).

В иных случаях порядок опровержения устанавливается непосредственно в судебном решении, в резолютивной части которого, как разъясняется в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N 3, должны быть указаны срок и способ опровержения не соответствующих действительности порочащих сведений и при необходимости изложен текст такого опровержения с упоминанием о том, какие именно сведения являются не соответствующими действительности порочащими сведениями, когда и как они были распространены.

Решение суда об опровержении, изложенное в исполнительном листе, относится к требованиям неимущественного характера. Поэтому п. 4 ст. 152 ГК РФ предусматривает, что если решение суда не выполнено, суд вправе наложить на нарушителя штраф.

В соответствии со ст. 105 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в случаях неисполнения должником требований, содержащихся в исполнительном документе, в срок, установленный для добровольного исполнения, а также неисполнения им исполнительного документа, подлежащего немедленному исполнению, в течение суток с момента получения копии постановления судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства судебный пристав-исполнитель выносит постановление о взыскании исполнительского сбора и устанавливает должнику новый срок для исполнения. При неисполнении должником требований, содержащихся в исполнительном документе, без уважительных причин во вновь установленный срок судебный пристав-исполнитель применяет к должнику штраф, предусмотренный ст. 17.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и устанавливает новый срок для исполнения.

На основании статьи 17.15 КоАП неисполнение должником содержащихся в исполнительном документе требований неимущественного характера в срок, установленный судебным приставом-исполнителем после взыскания исполнительского сбора, влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от 1 тыс. до 2500 рублей; на должностных лиц — от 10 тыс. до 20 тыс. рублей; на юридических лиц — от 30 тыс. до 50 тыс. рублей. Неисполнение должником содержащихся в исполнительном документе требований неимущественного характера в срок, вновь установленный судебным приставом-исполнителем после наложения административного штрафа, влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от 2 тыс. до 2500 рублей; на должностных лиц — от 15 тыс. до 20 тыс. рублей; на юридических лиц — от 50 тыс. до 70 тыс. рублей.

Как указано в п. 4 комментируемой статьи ГК РФ, уплата штрафа не освобождает нарушителя от обязанности выполнить предусмотренное решением суда действие.

В качестве особого способа защиты в рамках комментируемой статьи следует рассматривать обращение в суд с требованием о признании распространенных сведений не соответствующими действительности. ГК РФ предоставляет такое право в случае, если установить лицо, распространившее сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, невозможно. Вместе с тем законодательство не предусматривает обязательности публикации вступившего в законную силу судебного решения о признании распространенных сведений ложными. Таким образом, гражданин, добившийся положительного судебного решения, сможет лишь предъявлять его в необходимых случаях, чтобы подтвердить ложный характер ранее распространенной о нем информации.

Помимо опровержения комментируемая статья 152 Гражданского кодекса РФ предоставляет право потерпевшему требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных распространением ложных, порочащих сведений. В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, под которыми понимаются расходы, которые указанное лицо произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Гражданское законодательство РФ не знает такого способа защиты личных неимущественных прав, как извинение, поэтому, несмотря на то, что для многих потерпевших принесение извинений причинителями было бы желательным, суд не вправе применить подобный способ защиты.

Вместе с тем, как отмечается в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N 3, суд вправе утвердить мировое соглашение, в соответствии с которым стороны по обоюдному согласию предусмотрели принесение ответчиком извинения в связи с распространением не соответствующих действительности порочащих сведений в отношении истца, поскольку это не нарушает прав и законных интересов других лиц и не противоречит закону, который не содержит такого запрета.

5. Юридические лица, как отмечалось, являются обладателями такого нематериального блага, как деловая репутация. Все положения комментируемой статьи, относящиеся к деловой репутации гражданина, применимы и к защите деловой репутации юридического лица. Вместе с тем юридическое лицо не вправе требовать компенсации морального вреда. Это положение является общепризнанным в науке гражданского права и связано с сущностью юридического лица — искусственно созданного субъекта, не способного претерпевать физические или нравственные страдания. Однако иная позиция изложена в Определении Конституционного Суда РФ от 4 декабря 2003 г. N 508-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шлафмана Владимира Аркадьевича на нарушение его конституционных прав пунктом 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации».

1. Статей 24 Конституции РФ установлено, что сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. При этом в п. 2 указанной статьи установлено, что органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом.

Статья 152.2 ГК РФ была введена в ГК РФ в соответствии с ФЗ от 02.07.2013 N 142-ФЗ и применяется с 01.10.2013. Нормы указанной статьи устанавливают, что без согласия гражданина не допускаются сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, а именно:

— сведений о его происхождении;

— сведений о месте пребывания гражданина;

— сведений о месте жительства гражданина;

— сведений о личной и семейной жизни гражданина;

— других сведений о его частной жизни.

Из этого правила имеются следующие исключения:

— если сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах;

— если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

Как следует из смысла положения п. 1 комментируемой статьи, получения согласия гражданина для указанных выше действий не требуется. Так, например, суд пришел к выводу о том, что требование органа местного самоуправления, адресованное неопределенному кругу лиц в газете, о том, что при подаче заявления о предоставлении земельного участка необходимо при себе иметь документ, удостоверяющий личность и его копию не может свидетельствовать о нарушении этим органом ст. 24 Конституции РФ.

2. Необходимо учитывать, что не допускается разглашение информации о частной жизни гражданина также в следующих случаях:

— если соглашением между сторонами в обязательстве не предусмотрено право какой-либо стороны разглашать информацию, касающуюся частной жизни другой стороны или третьего лица в этом обязательстве;

— при создании произведений науки, литературы и искусства, если такое разглашение или использование нарушает интересы гражданина.

Так, гражданин вправе обратиться в суд за защитой своих прав в следующих случаях:

— если информация о частной жизни гражданина содержится в каких-либо документах и получена с нарушениями требований комментируемой статьи;

— если информация о частной жизни гражданина содержится в видеозаписях и получена с нарушениями требований комментируемой статьи;

— если информация о частной жизни гражданина содержится на иных материальных носителях (жестких дисках, CD или DVD-дисках, книгах и т.п.) и получена с нарушениями требований комментируемой статьи.

Обращаясь в суд, гражданин вправе требовать:

— удалить соответствующую информацию с материальных носителей;

— пресечь и запретить дальнейшее ее распространения.

При этом под пресечением и запретом дальнейшего распространения информации здесь понимается изъятие и уничтожение соответствующих материальных носителей без какой бы то ни было компенсации. Удаление материальных носителей осуществляется в случае, если удаление соответствующей информации невозможно иным путем.

4. В п. 5 комментируемой статьи закреплено право на защиту частной жизни умершего гражданина. Этим правом обладают следующие лица:

— дети этого гражданина;

— родители этого гражданина;

— переживший супруг такого гражданина.

1. Комментируемая статья устанавливает особые (не предусмотренные ст. 12 ГК РФ) способы защиты чести, достоинства и деловой репутации как личных неимущественных прав лица. Специфика нематериальных благ предопределяет и специфику их судебной и иной защиты.

2. Известно, что честью признается определенная общественная оценка личности, а достоинством — субъективное представление лица об общественной оценке своей личности. Закон исходит из принципиального «нерасхождения» этих категорий, не предусматривая особых черт какой-либо из них. Деловая репутация — мнение общества, окружающих о профессиональных качествах субъекта.

Судебная практика.

Средство массовой информации не несет ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию юридического лица, если оно дословно воспроизвело сообщение, опубликованное другим средством массовой информации, которое может быть установлено и привлечено к ответственности (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 23.09.1999 N 46).

Другой комментарий к Ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации

1. Комментируемая статья 152 ГК РФ посвящена защите важнейших нематериальных благ: чести, достоинства и деловой репутации гражданина и деловой репутации юридического лица от диффамации.

Достоинство — это оценка субъектом гражданских правоотношений своих качеств в собственном мнении. Честь — это оценка качеств субъекта гражданских правоотношений общественным мнением. Деловая репутация — это оценка общественным мнением таких качеств субъекта гражданских правоотношений, которые непосредственно связаны с исполнением гражданином служебных обязанностей, производством товаров, выполнением работ и оказанием услуг, а также осуществлением юридическим лицом своей уставной деятельности.

2. В п. 2 ст. 152 предусмотрена защита указанных благ путем возложения судом на правонарушителя обязанности дать опровержение распространенных сведений. Основаниями возникновения права на опровержение являются: распространение сведений, т.е. сообщение их хотя бы одному, помимо самого потерпевшего, лицу; порочащий честь, достоинство или деловую репутацию характер распространенных сведений, т.е. наличие в них сообщений о порочащих потерпевшего фактах; несоответствие этих сведений действительности. Вина причинителя вреда не является условием опровержения распространенных сведений. Бремя доказывания достоверности распространенных сведений лежит на распространителе. Сведения, хотя и порочащие, но достоверные, опровержению не подлежат.

3. Право на опубликование ответа является способом защиты в случае, если в распространенных сведениях не сообщается о порочащих фактах, но распространенная информация, например выраженное мнение, тем не менее затрагивает права и охраняемые законом интересы потерпевшего.

4. Поскольку юридическое лицо в силу его правовой природы неспособно испытывать физические и нравственные страдания, правило п. 5 ст. 152 о компенсации причиненного диффамацией морального вреда применяется только в отношении гражданина. Юридическое лицо является искусственной правовой конструкцией и не обладает психикой, поэтому правило п. 5 ст. 152 к нему неприменимо. В то же время следует отметить, что в п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 18 августа 1992 г. N 11 «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» (в ред. от 21 декабря 1993 г. N 11, от 25 апреля 1995 г. N 6 // Бюллетень ВС РФ. 1992. N 11; 1994. N 3; 1995. N 7) содержится положение о возможности компенсации морального вреда юридическому лицу. Однако в современной судебной практике это неверное положение судами не применяется. Юридическое лицо, как и гражданин, помимо дачи опровержения и опубликования ответа, вправе требовать возмещения причиненных убытков. О составе убытков см. ст. 15 ГК РФ.

Вторжение в частную жизнь. Преступление и наказание

Что и от чего защищает закон

Закон стоит нас страже так называемых «нематериальных благ», принадлежащих каждому из нас от рождения (или гарантированных законом): нашей жизни, здоровья, личной неприкосновенности, чести и доброго имени, деловой репутации, неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны, права свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, права на имя и права авторства.

Если посягательства на все эти нематериальные блага гражданина вполне материальны, грубы и весомы, как, например, пощечина или незаконное изгнание из дома, где мы живем, то от этого нас защищает Уголовный кодекс.

В данном случае речь идет о нематериальных посягательствах на частную жизнь, то есть о сборе, хранении и распространении информации о частной жизни гражданина. Закон вводит ответственность за это, потому что эти действия могут при определенных обстоятельствах разрушить семью, доброе имя, довести до инфаркта, наконец. Даже если гражданин всего лишь чувствует такую угрозу, то теперь он вправе обратиться в суд, чтобы это пресечь.

Зачем понадобился такой закон

Действительно, зачем? Ведь в УК существует закон о клевете, да и в Гражданском кодексе всегда были статьи, защищающие честь, достоинство, неприкосновенность частной жизни и прочие нематериальные блага. Даже целых три статьи там было — с 151-й по 152-ю «прим». Зачем понадобилось вносить в них поправки и добавлять еще одну 152-ю статью под номером 2?

Дело в том, что с 1994 года, когда был принят действующий Гражданский кодекс, наша жизнь изменилась, в ней появилась новая реальность в виде интернета, и кодексе образовалась прореха.

От посягательств на нематериальные блага гражданина в СМИ или в документах, исходящих от организаций, он защищал, а от того же самого в интернете защитить в принципе не мог. Блог — не СМИ, и даже официальные документы о гражданине, размещенные в блоге, — не документ, исходящий от юрлица.

Блогеры свободой от законодательства пользовались активно и не всегда на пользу обсуждаемых ими граждан, нанося им вполне материальный и порой очень весомый урон. А поскольку некоторые из этих граждан имели право законодательной инициативы, то они инициировали и приняли закон, ликвидирующий этот пробел в законодательстве.

Что нового запрещено

Он запрещает все то же самое, что запрещал Гражданский кодекс в его предыдущей редакции, только теперь эти запреты распространяются еще и на интернет. Теперь любой гражданин, почувствовав угрозу своим нематериальным благам из-за распространения приватной информации о нем в интернете, вправе призвать обидчика к суду. И если суд признает вину последнего, тот ответит по всей строгости Гражданского кодекса, прежде всего удалив свой пост.

Некоторые противники закона еще лелеют надежду, что это не коснется ретвитов и перепостов противоправной информации, мол, про ее дубли в законе ничего не сказано. Напрасные надежды. Сказано очень четко и недвусмысленно: «Гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет»».

А каким путем можно довести опровержение до пользователей сети? Тем же маршрутом, каким распространилась исходная информация. Другого пути в интернете просто нет.

Когда общественные и публичные интересы помогают

Законопатив щель для блогеров в Гражданском кодексе, депутаты не остановились, и внесли в него целую статью 152 (2) «Охрана частной жизни гражданина», какой раньше в ГК не было.

Неумение вовремя остановиться часто вредит народным избранникам. Хотя винить их в этом, наверное, будет неправильным. Если вспомнить отечественную историю, то это, похоже, наша общая национальная черта.

Новая статья принципиально ничего нового в российское законодательство не вносит. Она всего лишь в концентрированном виде заостряет внимание на том, что запрещается «без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни».

Но сказав «а», законотворцы вынуждены были сказать и «б», потому что точка после этого пассажа парализовала бы работу всех отечественных СМИ. Чиновники с депутатами лишились бы каналов распространения информации об их работе, не говоря уже о пиаре.

Невозможно каждый раз спрашивать согласия чиновника или депутата: «А можно написать, что вы закончили институт, прежде чем попасть на эту работу? Не будете ли вы возражать, если мы напишем, что вы происходите из простой рабочей семьи и с детства добивались всего своим трудом и талантом? Вы не подадите в суд, если станет известно, что сейчас находись в Кемерово на встрече со своим избирателями?» И так далее.

Потому появился и второй абзац закона, где сказано, что «не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах».

Практика правоприменения у нас всем хорошо известна. Но в данном случае ее привычному течению будут сильно мешать эти самые «общественные или иные публичные интересы». Опытный адвокат многое может из них извлечь.

Для кого опасен закон об охране частной жизни

У блогера, целенаправленно гнобящего чиновника или депутата, остается хоть какое-то оправдание: дескать, действует в интересах общества. А обычный сетевой «хомяк», не лезущий в высокую политику, а собирающий, хранящий и распространяющий информацию о частной жизни, например, своего начальника, или соседа, или приглянувшейся ему сослуживицы — как он теперь оправдается?

Теперь пост о том, что бывшая жена, которую из Молдавии вывез, где она в семье алкоголиков выросла, не посмотрел, что у нее там от двух предыдущих мужей трое детей было, которых она в роддоме оставила, все ей дал, а она, такая-сякая, с режиссером Якиным теперь в Сочи на олимпиаду укатила, становится подсуден сразу по шести показателям. Шестой, если кто не начал считать и не насчитал столько, — это упоминание о том, что жена бывшая.

Пока нет оснований бояться девятого вала взаимных гражданских исков пользователей сети. Правосознание у нас, рядовых граждан, не так развито, как на Западе. Но это дело наживное. Как только оно подрастет, тогда все и начнется. Благо законодательную базу для этого нам власть подготовила заранее.

А насколько ей самой поможет этот закон — посмотрим. Ждать первых исков, наверное, долго не придется.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *